89.82
0
«Дня три приходил в себя и только сейчас собрался с мыслями, со мной такое не часто бывает, но тут годовалый ребёнок, — написал он. — Информация поступила к нам 29 августа в 16.34 часов. Почти час мы обзванивали различные инстанции, чтобы выяснить обстановку, ведь бывает всякое: бабушка забрала и не сказала, был ключ, например, и тому подобное. Уже в 17.12 часов мы выложили публикацию о том, что Тимур пропал. К этому времени стало понятно, что случилось что-то серьезное».
«Я выехать не мог, поскольку утром на работу, но, к счастью, выехали ребята из «Лизы Алерт» — штаб работал в сотрудничестве с МЧС, уголовным розыском. Наши ребята из первой группы также выехали утром. Мы стали готовиться к выезду двумя экипажами: с ребятами из Уфа-1, которые поехали просто как добровольцы, а вторая машина следом. К поискам присоединились к часам к четырем-пяти», — рассказал Павел Нестеров.
«Мы — 12-14 человек — вышли к водоему. К тому времени уже сильно стемнело, мы стали проходить плотной стеной людей, просматривая буквально каждый куст, каждую мелочь, что можно было разглядеть в свете фонарей и прибора ночного видения. Прошли до оврага. Около половины двенадцатого ночи мы были в штабе, не смотря на то, что по сравнению с другими добровольцами мы искали меньше всех по времени, всё равно очень устали, хотя к длительным поискам не привыкать. На следующий день большинству из нас снова на работу и нужно было возвращаться. Мы собрались и стали выдвигаться, уже приехав домой, нам позвонили ребята из «Лизы Алерт» и сообщили грустную новость, — написал руководитель поисковой организации. — Я не любитель писать в комментариях, как мне жаль и какое горе, какой ужас и тому подобное, но тут я два дня как во сне, всё как ненастоящее, со мной такое впервые. Светлая память малышу, терпения родным и раскаяния матери, благодарность откликнувшимся и сил всем, кто помогает людям бескорыстно. Берегите друг друга».